Цель экзистенциального анализа

А. ЛЭНГЛЕ

“Тот, кто спрашивает жизнь “Зачем?”,

выдержит почти любое “Как”.

(Ф. Ницше в формулировке В.Франкла)

Экзистенциальный анализ (и логотерапия как его составная часть) – это психотерапевтический метод, осуществляемый преимущественно в вербально индуцированном процессе. С точки зрения методик и лежащей в их основе картины человека, ЭА – феноменологическая, персональная[1] психотерапия. Ее цель – помощь личности в том, чтобы она открыла в себе способность свободно (в духовном и эмоциональном смысле) и полно проживать свою жизнь, смогла выйти на аутентичные установки и актуализировать личную ответственность по отношению к собственной судьбе и миру. Экзистенциальный анализ применяется при психосоциальных, психосоматических и психически обусловленных эмоциональных и поведенческих нарушениях.

В центре экзистенциального анализа стоит понятие ”экзистенция”, означающее наполненную смыслом, воплощаемую свободно и ответственно жизнь в создаваемом самим человеком мире, с которым он находится в отношениях взаимовлияния/взаимодействия и противоборства.

Одна из задач экзистенц-аналитической терапии – освобождение пациента от фиксаций, разного рода искажений и однобокости, от травматизаций, оказывающих влияние на его переживание и поведение. Психотерапевтический процесс осуществляется через феноменологический анализ эмоциональности – центра и вместилища переживаний. Работа с “задним” биографическим планом и эмпатическое присутствие психотерапевта способствуют пониманию, а также лучшему доступу к эмоциональности. Следующий шаг – анализ личностных установок и решений, благодаря чему пациент становится открытым тем содержаниям, целям, задачам и ценностям, в которых он чувствует свое аутентичное призвание.

История метода

Экзистенциальный анализ и его раздел – логотерапия были основаны в 20 – 30-е годы венским неврологом и психиатром Виктором Франклом (1905–1997) (Frankl, 1938; 1994). Он считается “третьей венской школой психотерапии” (Hofstätter, 1957; Soucek, 1948). Рано заинтересовавшись психоанализом, Франкл имел непосредственные контакты с Зигмундом Фрейдом. Однако психотерапевтическое образование он получил в школе индивидуальной психологии Альфреда Адлера. Здесь он нашел также своих прямых учителей – Освальда Шварца и Рудольфа Аллерса. Их влияние помогло Франклу открыть свою задачу, сопутствовавшую ему в течение всей его последующей жизни, – борьбу с психологизмом в психотерапии.

В центре его интересов стояло то, что он называл “специфически человеческим”, – духовность человека, находящая особое выражение в поиске смысла. Он не хотел допускать, чтобы эта специфически человеческая черта стала жертвой механистического редукционизма. Подобная позиция вскоре привела к конфликту с Альфредом Адлером, исключившим Франкла из Общества в 1927 году после выхода оттуда Шварца и Аллерса (Längle, 1998; Titze, 1985). В результате он стал усиленно изучать экзистенциальную философию и феноменологию Макса Шелера. Незадолго до депортации в концлагерь (1941/1942 гг.) Франкл создал своё главное произведение по экзистенциальному анализу и логотерапии (Frankl, 1982), которое, однако, там пропало.

Два с половиной года Франкл провёл в концлагерях, потеряв за это время практически всю свою семью. Он находил опору в трех вещах, которые наполняли его жизнь смыслом, помогая пережить ужас пребывания в лагере. Это – духовная связь с семьёй в соединении с надеждой на встречу; стремление, вопреки всему, восстановить пропавший труд по логотерапии и оставить его потомкам; наконец, глубокая религиозность. После войны Виктор Франкл описал те переживания, которые обрушиваются на человека в условиях концлагеря. Он последовательно проводит мысль, что смысл, обеспечивая духовными ориентирами и делая жизнь содержательной, дает человеку силы выжить даже в самых тяжких условиях. (Frankl, 1977).

Развивая логотерапию, Франкл первоначально видел в ней некое дополнение к психотерапии 30-х годов. По его замыслу, она должна была применяться в качестве метода, корректирующего психологизм других психотерапевтических методов (Längle, 1998). Однако одновременно его увлекала идея развития психотерапевтической антропологии и он все более погружался в изучение тех страданий, которые возникают из-за потери смысла. Ещё в 20-е годы он развил технику парадоксальной интенции, с помощью которой успешно излечивались разного рода страхи, благодаря чему эта техника нашла широкое международное признание. Логотерапия тех лет оперировала богатым арсеналом психиатрических знаний, и поначалу практиковалась почти исключительно психиатрами. Найдя опору в экзистенциально-аналитической антропологии, позволившей заново систематизировать эти знания, логотерапия обрела собственную специфику (Frankl, 1994; 1997; [1947] 1997). Не ограничиваясь этой работой, Франкл выступал с многочисленными докладами. Он получал приглашения с предложением прочитать циклы лекций примерно от 200 университетов всех континентов мира. 28 раз его удостаивали звания почётного доктора.

За последние 15 лет экзистенциальный подход в Западной Европе получил значительное методическое развитие, в основном благодаря усилиям Общества логотерапии и экзистенциального анализа г. Вены (GLE – Gesellschaft für Logotherapie und Existenzanalyse). Так что сегодня о нем можно говорить как о самостоятельном направлении в психотерапии. Этот переход от логотерапии как некого“дополнения к традиционной психотерапии“ к статусу самостоятельного психотерапевтического направления нашел отражение также и в смене названия: “экзистенциальный анализ” (Längle, 1993; Stumm, 1994).

Цель экзистенциального анализа

Экзистенция как специальный термин обозначает действительно состоявшуюся, “полную“ или “целостную“ жизнь. В понимании экзистенциального анализа “целостным” человек является не сам по себе и не сам из себя. “Целостен” он только там, где полностью отдаётся какому-то делу или целиком предан другому человеку” (Frankl, (1946) 1982, s.160). Данный акцент подчеркивает отличие экзистенциально-аналитического взгляда на человека от других представлений о нем, где экзистенциальное измерение не принимается во внимание или недооценивается.

Подобное понимание реальности человека определяет практические задачи экзистенциального анализа. В целом они сводятся к анализу обстоятельств жизни пациента как “прояснению, раскрытию“ скрытых в ней ценных возможностей. Осуществление этих возможностей мы и называем “экзистенцией”. Цель анализа – помочь человеку научиться жить в состоянии внутреннего согласия с собственной жизнью (с “аффирмацией[2] жизни”). Теоретические разработки Франкла были подвергнуты трагическому испытанию во время его пребывания в концлагере, где он чудом избежал гибели (Frankl, 1977).

Образ человека

Человек как целостность характеризуется соединением трёх различных уровней бытия. Он является одновременно существом телесным, душевным и духовным (рис.1).


Рис. 1. Человек живёт “тремя путями”, которые хотя и образуют в нём неразрывное единство, но, тем не менее, представляют собой различные формы бытия: тело, психика и дух.

Эти три измерения находятся друг с другом в особых отношениях. С одной стороны, нельзя утверждать, что человек “со-стоит” из трёх измерений. Его единство гораздо в большей степени обусловлено тем, что духовное “противо-стоит“ психофизическому (Frankl, 1990, s.176). С другой стороны, каждое из трёх измерений человеческого бытия имеет собственную динамику, и эти три типа динамики проявляются как разнонаправленные мотивационные силы (рис.2).


Рис. 2. Динамические векторы человека на различных антропологических уровнях – модель, которая делает наглядной разницу в направленности мотиваций. Их несовпадение может приводить к напряженности и мотивационным конфликтам.

Как существо физическое человек стремится к поддержанию здоровья своего тела, причем это стремление регулируется его потребностями (например, в еде, питье, сне, сексуальных контактах, движении).

Как существу психическому ему важны ощущение витальной силы и переживание благополучия собственного тела. Он стремится к комфортным чувствам и отсутствию напряжения в соответствии с предрасположенностями своей личности. Осуществление этих стремлений воспринимается как удовольствие, неудача – как неудовольствие, напряжение, фрустрация.

Как существо духовное (Person) человек ищет смысл жизни, ценностную опору, веру, любовь, справедливость, свободу и пр.

В такого рода антропологии существенно восприятие человеком самого себя как “рулевого на психофизической лодке”, с которой он неразрывно связан. Другими словами, “духовно-экзистенциальное измерение” человека способно полемизировать с его телесно-душевным бытием. Иными словами, человек может отойти на известную дистанцию по отношению к самому себе (“самодистанцирование”, см.: (Frankl, 1990, s.234), что делает для него возможным некое общение с самим собой и определенное поведение по отношению к себе.

Такая “внутренняя открытость” человека по отношению к себе является одной из сторон духовного измерения, которое и составляет специфически человеческое начало. Другая сторона духовного измерения – “открытость миру” (Шелер). В мире человек познаёт и ощущает ценности, открывает для себя смысл ситуации, которому он может, в конце концов, полностью отдаться. Тем самым человек превосходит самого себя, т.е. преодолевает собственную замкнутость во внутреннем мире своих потребностей, желаний и напряжений (Франкл говорит в этой связи о “самотрансценденции” (1946), 1982, s.160). И тогда он становится открытым для диалога с миром (Längle, 1988, s.10 и далее).


2669295767389868.html
2669340523565098.html
    PR.RU™